Часть пятая: Союзники
Глава первая. Страх
В которой наши герои высаживаются на Мерц. Рубио рассказывает свою историю. Оборона Омолана.
Четвертые сутки Маркус совершал орбитальный полет над Мерцем. За это время на планету были сброшены десятки метеорологических, геологических и гидрологических роботизированных зондов. Атмосфера планеты, почва и вода были исследованы до мельчайших подробностей. Все это происходило в полном соответсвии с т.н. четвертым протоколом планетарных исследований, принятых на Омолане еще на заре космических экспедиций. Это был самый строгий и самый подробный протокол, применяемый при высадке на т.н. «недружелюбную» планету. Разработанный много веков назад
порядок необходимых действий позволял учесть и выявить все возможные опасности, с которыми можно столкнуться при посадке.
На протоколе настояла Омалисса. Зачем и почему она это сделала, так никто и не понял, сама она основывалась на своей интуиции. Спеке и кухарки были на ее стороне. Кроме того к ним неожиданно присоединились все десантники и Саббаха с Бобусом. Десантники были кровно заинтересованы в дополнительных «выходных», а Саббаха с Бобусом просто угрюмо голосовали «за» без всяких объяснений. Больше всего расстроились из-за этой задержки Михалыч и Викуся, очень им хотелось побыстрее ступить на неизвестную планету.
Исследования показали: пригодную для жизни атмосферу, созданную в достаточном количестве цианобактериями, почти полностью совпадающую с земной и омоланской. Почву, с изрядными примесями минеральных вкраплений неизвестной природы, и воду, насыщенную белковыми отложениями и микроорганизмами. В океанах Мерца жизнь кипела. Однако получить какие-либо изображения мерцевских подводных жителей не удалось. Едва зонды-разведчики фиксировали наличие какой-нибудь живой особи, последняя с невероятной скоростью скрывалась в глубине. Вся свободная от воды суша представляла собой горы и пустыни. Кроме этого, возле подножия гор, были обнаружены непонятные залежи чего-то с огромным содержанием железа, кварца и большого количества редкоземельных металлов.
Для разумного анализа всей этой информации требовалось наличие хотя бы минимальной научной группы. Однако учебно-тренировочный полет Маркуса не предусматривал наличие ученых на борту корабля. Пришлось довольствоваться выводами Номуса и Бобуса, все остальные годились только для ведения боевых действий разной степени сложности. Мнения братьев на этот раз полностью совпадали: они были уверены, что на планете существует не обнаруженная ими до сих пор доминирующая форма жизни. Номус, правда, придерживался гипотезы о ее неразумности, в то время как его брат больше склонялся к гипотезе о том, что доминирующая форма обладает не только разумом, но и сознанием. Мы-то с вами знаем, откуда у Бобуса такие сведения, которыми он вовсе не торопился делиться со своими товарищами.
В качестве компромисса была выдвинута следующая версия: на планете существует некая жизнь, которой удалось вытеснить практически всю флору Мерца в океаны и не выпускать ее оттуда. Эта жизнь, скорее всего, обладает разумом и сознанием. В пользу последнего говорило то, что экспедиции не удалось ее обнаружить, что возможно только благодаря сознательным действиям этой жизни. Иными словами - хозяева Мерца затаились и наблюдают за пришельцами.
Наконец настал день высадки. Маркус в режиме мягкой посадки завис в километре над планетой в тщательно и заранее выбранном месте. На поверхность были сброшены геологические зонды, а на геостационарную орбиту Мерца выведены зонды-разведчики, информация с которых в режиме реального времени поступала в командный пункт Маркуса. Когда геологические зонды доложили об отсутствии опасности в месте посадки, Маркус медленно опустился на поверхность. Мгновенно вокруг звездолета было образовано силовое поле с радиусом в пятьсот метров. Более того, защитный силовой экран был выставлен и под поверхностью Мерца на глубине залегания в двадцать метров. В результате Маркус оказался в силовом коконе, для разрушения которого пришлось бы затратить энергию, достаточную для уничтожения двух таких планет как Мерц. После забора проб атмосферы под куполом, из Маркуса выехал вездеход с пятью десантниками под командованием Омалиссы. В навигаторе вездехода тайно разместилcя Бобус. Воспользовавшись суматохой перед посадкой, он определил, какой именно вездеход пойдет в разведку, и проник в его навигатор.
Для первого разведывательного похода было выбрано побережье океана. Через несколько часов тряски по бездорожью разведчики очутились на берегу. Для исследования океана на борту вездехода имелись десять автономных буйковых станций. Планировалось установить их параллельно берегу на разных глубинах. Буйковые станции измеряли и записывали скорость и направление течения в точках установки, температуру и химический состав воды. Кроме того на каждой станции были дополнительно установлены камеры видеонаблюдения в инфракрасном диапазоне. Таким образом, исследователи рассчитывали получить изображения обитателей океана Мерца.
Через несколько часов все работы по установке станций были завершены, и Омалисса собрала группу добровольцев для обследования побережья. Не успели они отойти от вездехода на несколько сотен метров, как в наушниках раздался голос Викуси.
— Срочно возвращайтесь. В пятидесяти километрах к югу на вас движется песчаная буря!
— Викуся, ты яснее можешь выражаться?—Омалисса заговорила командным голосом,— доложи как положено, на кого конкретно движется буря и когда она накроет нас по твоим расчетам?
—Песчаная буря движется на вездеход со скоростью сто двадцать километров в час. Вас накроет примерно через двадцать минут. Вы должны срочно возвращаться!— повторила Викинг уже более конкретно,— для информации: Бобус в навигаторе вездехода.
— Ладно, об этом поговорим позже, все бегом к вездеходу, я замыкающей, кто будет отставать, пристрелю.— Омалисса выстроила разведчиков в цепочку и они побежали к вездеходу. Когда за последним из них закрылась бронированная дверь и небольшое силовое поле накрыло вездеход десятиметровым куполом, буря обрушилась на них. Стало темно, как ночью, разведчики ориентировались только по изображениям с геостационарных спутников.
—Смотрите! Посмотрите на экран! — раздался голос Бобуса. Все посмотрели на экран и вдруг заметили, как в огромном песчаном смерче, перекрещенном гигантскими электрическими разрядами, что-то изменилось. Бесформенная масса вращающегося песка стремительно кружащая над местом стоянки вездехода вдруг вытянулась вверх и сформировала голову женщины.
—Это еще что за фокусы?— настороженно спросила Омалисса.
—Это не фокусы, командир,—ответил один из десантников,— неужели не узнали? Это же ваш портрет.
—Похоже,— оценила Омалисса, —а скульптор веселый парень, с фантазией, хотя я бы предпочла, что-нибудь в стиле ню и поменьше раз в сто. Ну, да ладно, выбирать не приходится. Судя по всему нам дают понять, что у них тут все под контролем, силенок у них достаточно и, если что, всем нам гарантирован красивый надгробный памятник. Надо отметить, что сделано это тактично, без хамства и жертв. Поэтому, слушай мой приказ: спокойно дожидаемся окончания этого фестиваля песчаных фигур. Сворачиваемся, прекращаем всякие разведки и дуем домой, под прикрытие Маркуса. Там обсудим, что делать.
— Позвольте мне остаться, командир,— икосаэдр-Бобус проявился из ничего и повис перед Омалиссой.
— Можно подумать, что ты спрашивал моего разрешения на участие в разведке. Ты же все равно сделаешь по-своему. Так что если тебе нужно мое официальное разрешение, то валяй- оставайся. Меньше неожиданностей.—Омалисса сердито смотрела на Бобуса.
—Вот скажи мне, Рубио, как пацан пацану, чего в тебе такое есть, что все наши дамы, включая кошек и собак, на тебя так залипают? Мне просто интересно, ты монстр там сексуальный или знаешь какое-то секретное слово, например?— Эдик сидел напротив Рубио под одиноким высоким орехом мужского пола, специально выбранным им для этой беседы. Если рядом или даже не совсем рядом оказывалась особь женского пола любого вида, беседа сводилась к оказанию знаков внимания красавцу-вязу. Прямо сейчас, в пяти метрах от них, свернулась на солнце большая гадюка, которая бросала на мачо такие бесстыжие взгляды, что Эдик был вынужден периодически грозить ей здоровенным березовым дрыном.
— Послушай, Бро, ты не понимаешь. Во мне нет ничего примечательного. Просто когда я выбирал тело для жизни, помнишь, я рассказывал, это у нас так все на планете делают, ко мне подвалил какой-то придурок и предложил универсальный набор идеальных генов. Я тогда совсем зеленый был и из его слов понял только одно - «идеальный». Ну, думаю, ладно, просит недорого, деньги мне родители дали большие. Они богатенькие и любят меня сильно. Куплю себе бонус. Если б я знал тогда, к чему это приведет.
Понимаешь, бабы - они, ведь, устроены по-другому. Это у нас все просто, ну, относительно, конечно, тоже в некоторых местах перегибы есть. У них вообще труба, что, откуда и зачем - не разберешься, но есть у них у всех одно главное правило, если они учуют набор идеальных генов для потомства, все - конец, на все готовы. Это у них называется доминантное поведение. Сильная штука, знаешь ли. Сильнее культуры и воспитания, короче, сильнее всего.— Рубио перевел дух и посмотрел на Эдика, — я понятно излагаю?
—Вполне, только скажи, как они это чуют?— ответил Эдик.
— Да все по-разному, но в основном по запаху, это у них прямо в подкорке—продолжал Рубио.—Все они пытаются с этим бороться, но сам понимаешь, двадцать четыре час в сутки контролировать себя не будешь. Плюс алкоголь там, наркота, в общем, все, что снижает контроль над собой. А если не то и не другое, то просто элементарная усталость и… понеслось. Короче, меня папашка мой родной из дома выгнал, после того, как увидел нашу мамку с глазами мухи дрозофилы, пробирающуюся в мою детскую. Ты не подумай, я сам испугался. Но это жизнь. Природа. Поймать бы этого гада, который несовершеннолетним такие бяки продает.— Рубио замолчал. Гадюка, медленно извиваясь, продвигалась в его сторону. Кончилось все тем, что Эдик запустил в нее дрыном, чем и прекратил воплощение в жизнь доминантной природной программы пресмыкающихся.
— Мда, блин, дела. Получается, что ты вроде как уникум в плане потомства. Думаю, наши тебе помогут. Номус башковитый, Михалыч тоже не дурак, вытащат они из тебя этот бонус. Надо только дождаться их. Куда они пропали, не понимаю, второй день не на связи. Это же невозможно. —Эдуард огорченно мотнул головой и продолжил,— если только они не на другой планете.
—Апгрейд, понимаю. Да нет, не такой уж и уникум. —Не обращая внимания на смену темы, продолжил вяз.— Периодически в природе внутри видов такие случаи происходят. У вас, людей, мне уже рассказала Изольда, есть даже истории разные, Дон Жуаны там и прочее. Но ведь этот гад мне универсальный набор продал для всех живущих видов. Ко мне даже галька на пляже липнет. Ты прикинь. Кстати ничего, хотя на первый взгляд и не скажешь. Всем не откажешь. Согласись?— Рубио огорченно замолчал.
— Изольду не тронь, у меня к ней чувства. Понял? — Эдик сердито глянул на собеседника.
—А то, - ответил тот с хитрой улыбкой.
Они поднялись на ноги и двинулись в сторону деревни. Гадюка выползла из кустов, сверкнула глазами и поползла следом.
Звездный флот рептилоидов откатился на дальнюю орбиту Омолана. Первая атака змееголовых была частично отбита. В захваченных городах ими были оставлены подразделения тварей. Все попытки отбить оккупированные территории наталкивались на ожесточенное и уверенное сопротивление. Тварь училась сама и обучала своих детей, а их становилось все больше. Питания было вдоволь. Омоланцы в ужасе покидали города. Что самое интересное, твари не преследовали их, будучи уверены в том, что доберутся до всех, где бы те не прятались. Канцлер внимательно следил за развитием событий и… нельзя сказать, что оно ему особенно нравилось. Маленькая победоносная война провалилась, боевые действия перешли в затяжную фазу, а это, как известно, хорошо до поры до времени. «Поэтому на войне слышали об успехе при быстроте её, даже при не искусности её ведения и не видели её успеха при продолжительности её, даже при искусности ведения её». Канцлер любил историю, в том числе и человеческую, и Сунь Цзы и Макиавелли были его любимыми земными авторами. Будущее становилось все туманнее, но война на то и война, что войти в нее можно множеством способов, а вот выйти можно только двумя путями либо победив, либо проиграв. Последнее совсем не нравилось Его Первосвященству.
Омолан выстраивал оборону. В огромных подземных заводах и днем, и ночью, без отдыха и сна продолжалась работа над еще двумя аналогами Маркуса. Чтобы перекрыть весь фронт, таких машин требовалось пять. Времени на постройку недостающего монстра не было. Совет Омолана принял решение отозвать Маркуса. Однако это решение требовало открыть трансварповый коридор и сделать его доступным для противника. Военные были против и откровенно тянули время. Количество жертв среди мирного населения росло, ситуация все больше выходила из-под контроля, причем с двух сторон.
В этот момент всеобщей неопределенности и произошел случай, который выиграл для омоланцев так необходимое время и еще раз доказал тот факт, что города берет пехота. Пять кухарок ушли в дозор в окрестности одного из захваченных городов. На городской окраине они наткнулись на блокпост тварей. Вместо того, чтобы просто обойти врага, кухарки разбили лагерь поблизости и несколько дней внимательно наблюдали за неприятелем. Твари расположились с удобствами и не особенно заботились о своей безопасности. Кухарки же наоборот: не ели, не пили, не спали и вели круглосуточное наблюдение за новым оружием змееголовых. На седьмой день наблюдений они заметили то, что не удалось обнаружить инженерам змееголовых. Еще одну привычку Эдика. На восьмой день десять обезглавленных трупов тварей лежали в рядок на обочине дороги. Та же история повторилась еще на девяти блокпостах. Тварь была в ярости. Однако не это ее беспокоило, совершенно новое и незнакомое чувство захватило ее. Она медленно наполнялась страхом. Как только информация об уничтожении ста экземпляров новейшего оружия на Омолане улеглась на стол канцлера в виде рапорта, операция по захвату Омолана была приостановлена, звездный флот вернулся на свои базы, добровольно оставив все захваченные ранее города омов.
Канцлер с грустью разглядывал целый ряд мешочков с удобрением. — Они были неплохими специалистами, даже можно было бы их назвать мастерами своего дела, если бы… если бы. Мда, программисты вы мои дорогие, что поделаешь, внимательность и интуиция не всегда одно и то же. —Его Первосвященство хлопнул в ладоши и громко крикнул,— новых программистов ко мне, быстро! Он уселся на трон, устроился поудобнее и сказал сам себе,— проведу показательный инструктаж, пока наглядные пособия не унесли. Для лучшего понимания проблемы.